Санкционные уголовные дела в России 2025 — дополнение (часть 2)

Что изменилось в практике санкционных дел с 2024 по 2025 год?

Санкционные уголовные дела в России в 2025 году сформировали устойчивый следственный паттерн: следствие перешло от единичных возбуждений к системной работе с категорией дел, связанных с обходом экспортных ограничений. По данным Судебного департамента при Верховном суде РФ, за 2023–2024 годы суды рассмотрели более 400 дел по статье 189 УК РФ (незаконный экспорт контролируемых товаров) — вдвое больше, чем за предшествующий двухлетний период. Ключевое изменение — расширение круга обвиняемых: от непосредственных исполнителей к руководителям юридических лиц и бенефициарным владельцам.

Следствие освоило несколько инструментов, существенно меняющих уголовный ландшафт для бизнеса. Во-первых, оперативное сопровождение дел силовыми структурами начинается не после возбуждения уголовного дела, а на этапе таможенного контроля или налоговой проверки. Во-вторых, следователи всё активнее используют технические заключения специализированных экспертных учреждений (ФГУП «ЦНИИМАШ», ФСБ) для подтверждения двойного назначения спорного товара. В-третьих, расширена практика «зеркальных» обвинений — одновременное предъявление обвинений и по статье 189, и по статье 226.1 УК РФ, что существенно ужесточает санкцию.

Параллельно сформировался второй трек — дела о сотрудничестве с иностранными структурами, находящимися под российскими «зеркальными» ограничениями. Статья 284.2 УК РФ, введённая в 2022 году, применяется к физическим лицам, призывающим к введению санкций против России. Однако практика показывает: границы её применения расширяются за счёт оценочности понятия «призывы». Этот состав пока не занимает значительной доли в общей статистике, но создаёт дополнительную точку риска для руководителей компаний, публично высказывающихся о внешнеэкономической политике.

Какие уголовные составы применяются по санкционным делам в 2025 году?

По санкционным уголовным делам в России в 2025 году следствие использует шесть основных статей УК РФ. Три из них образуют «ядро» обвинения, три применяются дополнительно для ужесточения квалификации. Выбор конкретного состава определяет как санкцию, так и процессуальный режим: предельный срок следствия, возможность ареста имущества и меру пресечения.

Практическая значимость таблицы — не в перечне санкций, а в логике совокупности. Следствие предъявляет два-три состава одновременно. Это позволяет: (1) удерживать обвиняемого под стражей дольше (срок следствия по ч. 3 ст. 226.1 может достигать 18 месяцев); (2) арестовывать активы под обеспечение гражданского иска; (3) создавать переговорную позицию — предложить прекращение по одному составу в обмен на признание по другому.

Как следствие доказывает умысел по делам об экспортном контроле?

Умысел — центральный элемент доказательной базы по статьям 189 и 226.1 УК РФ. Следствие обязано доказать, что обвиняемый знал или должен был знать о санкционном или контролируемом статусе товара. В 2024–2025 годах сложилось несколько устойчивых способов, которыми следователи выстраивают эту часть дела.

Первый способ — переписка и внутренние документы компании. При обыске изымаются корпоративная переписка, протоколы совещаний, инструкции отдела ВЭД. Наличие любого упоминания о возможных ограничениях на экспорт трактуется как «осведомлённость». Характерный пример: электронное письмо менеджера с вопросом «не попадаем ли мы под ограничения?» — само по себе становится доказательством умысла руководителя, которому это письмо было адресовано.

Второй способ — экспертное заключение о назначении товара. Следствие привлекает специализированных экспертов для установления «двойного назначения» продукции. Заключение о том, что товар может использоваться в военных целях, фактически создаёт презумпцию виновности — её опровержение ложится на защиту. При этом методика экспертизы в значительной части дел остаётся непрозрачной.

Третий способ — показания контрагентов и посредников. Иностранные партнёры, взаимодействующие со следственными органами в рамках международного сотрудничества, становятся ключевыми свидетелями. Российская сторона использует механизмы МРОП (международная правовая помощь) — в первую очередь с юрисдикциями, сохранившими договоры о правовой помощи с Россией.

Частая ошибка директора в ситуации санкционной проверки — предоставление первичных объяснений без юридического сопровождения. Устные пояснения, данные в ходе доследственной проверки по статье 144 УПК РФ, впоследствии используются следствием для формирования обвинительной конструкции. Право отказаться от дачи показаний, предусмотренное статьёй 51 Конституции РФ, применимо на всех стадиях, включая стадию проверки.

Какова позиция Верховного суда по экспортным уголовным делам?

Верховный суд РФ в 2024–2025 годах не принял специального Пленума по санкционным делам, однако три действующих руководящих документа определяют ключевые правовые позиции, которые суды первой инстанции обязаны учитывать. Эти документы влияют на оценку умысла, порядок назначения наказания и применение ареста имущества.

Постановление Пленума ВС РФ № 48 от 26 ноября 2019 года («О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления») формирует общий подход к умыслу в экономических делах. Суды по аналогии применяют логику «заведомого знания» к делам об экспортном контроле: если должностное лицо имело доступ к регуляторным документам, незнание их содержания не освобождает от ответственности.

Постановление Пленума ВС РФ № 41 от 19 декабря 2013 года («О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу») устанавливает критерии избрания ареста. По санкционным делам суды устойчиво применяют основание «может скрыться» — с учётом наличия иностранных деловых связей у обвиняемого. Защита должна заблаговременно готовить контраргументы: постоянное место жительства, семья, активы в России, готовность к уголовно-процессуальным обязательствам.

Постановление Пленума ВС РФ № 17 от 27 апреля 2017 года («О практике рассмотрения судами дел о контрабанде») напрямую регулирует применение статьи 226.1 УК РФ. Пленум разъяснил, что предметом контрабанды признаётся товар, соответствующий описанию в контрольных списках на момент перемещения через границу. Это означает: ретроактивное включение товара в перечень не образует состава для уже совершённых операций — аргумент, который защита использует при оспаривании хронологии обвинения.

Какие практические риски несёт бизнес в сфере ВЭД в 2025–2026 году?

Практические уголовные риски для компаний с внешнеэкономической деятельностью в 2025–2026 годах структурированы по трём сценариям в зависимости от роли в бизнес-структуре. Риски собственника, наёмного директора и главного бухгалтера существенно различаются по составам обвинения и доказательной базе.

Собственник (бенефициарный владелец). Основной риск — обвинение в организации преступного сообщества или организованной группы по части 4 статьи 189 или части 4 статьи 226.1 УК РФ. Следствие строит конструкцию «организатора», используя корпоративную структуру как доказательство системного умысла. Особую опасность представляет ситуация, когда собственник не подписывал экспортные контракты, но участвовал в переговорах с иностранными партнёрами — переписка из личных мессенджеров становится ключевым доказательством.

Наёмный директор. Несёт прямую ответственность как лицо, подписавшее экспортный контракт и таможенные декларации. Дополнительный риск — статья 201 УК РФ (злоупотребление полномочиями), если следствие установит, что санкционная сделка причинила ущерб самой компании. Практика показывает: именно директор чаще всего становится фигурантом дела первым, что позволяет следствию использовать его показания против бенефициара.

Главный бухгалтер. Уязвим по статье 193.1 УК РФ: подпись под платёжными поручениями с некорректным описанием операции создаёт прямую доказательную базу. Бухгалтер, предоставивший объяснения следствию без адвоката, в 70% случаев формирует доказательства против директора и собственника. Защита бухгалтера строится на разграничении исполнения указаний руководства и самостоятельного умысла.

• Провести внутренний аудит экспортного комплаенса — в том числе сделок за последние три года
• Актуализировать перечень контрагентов по обновлённым спискам Правительства РФ (постановление № 1933 и последующие)
• Зафиксировать документальный след due diligence по каждой ВЭД-сделке
• Разработать регламент действий сотрудников при таможенном досмотре и запросах ФСБ
• Определить защитника по уголовным делам до возникновения следственного давления

Как выстроить уголовно-правовую защиту по санкционному делу?

Защита по санкционным уголовным делам в 2025 году строится по трём направлениям: превентивное (до возбуждения дела), процессуальное (на стадии следствия) и судебное (при передаче дела в суд). Оптимальный момент для начала работы — получение первого запроса от таможни, ФСБ или следственного органа, а не после предъявления обвинения. На стадии обвинения объём процессуальных инструментов защиты существенно сужается.

Превентивная работа включает анализ всех ВЭД-сделок за последние три года на предмет уголовных рисков, формирование документального «защитного» пакета (переписка, экспертные заключения, сертификаты end-use), а также разработку регламента поведения сотрудников при следственных действиях. Наличие задокументированной комплаенс-системы — значимый аргумент при доказывании отсутствия умысла.

Процессуальная работа на стадии следствия концентрируется на четырёх ключевых задачах. Первая — недопущение арест имущества по статье 115 УПК РФ или немедленное оспаривание арест при его наложении. Вторая — контроль за допустимостью экспертных заключений: статья 204 УПК РФ предъявляет строгие требования к форме и содержанию заключения эксперта. Третья — работа с показаниями: правильно выстроенная позиция обвиняемого на допросе (статья 187 УПК РФ) исключает самоинкриминацию. Четвёртая — обжалование незаконных следственных действий по статьям 124–125 УПК РФ.

Судебная стадия по санкционным делам характеризуется высокой долей обвинительных приговоров (свыше 95% по данным Судебного департамента). Тем не менее защита добивается результатов за счёт переквалификации на менее тяжкий состав, прекращения дела по нереабилитирующим основаниям или назначения условного наказания. Оправдательные приговоры редки, но возможны при системных нарушениях следствия в доказательной базе.